Труды

В объяснении природы наука и религия противоположны по исходной методологии. В истолковании человека как надприродного существа они равноправны, что вытекает из социально обусловленного единства рационального и мистического в понимании человека. Рационально обосновать деятельностную активность человека невозможно, поскольку его бытие в своей основе имеет насильственный характер, общество характеризуется отношением “цель - средство” в качестве фундаментального отношения и не может формулировать цели вне рамок социальной утопии или религиозного мифа.

Понятие конкуренции является ключевым в понимании социального взаимодействия как на его межиндивидуальном, так и межобщностном уровне. Более высокий уровень образования дает индивиду преимущество перед теми, у кого оно ниже. А страна за счет общей системы более производительного труда на основе более высокого образования имеет преимущества перед другими странами. Следовательно, образование – это характеристика субъекта деятельности, показывающая его способность к деятельности в сравнении с другими субъектами. Более того, можно сделать вывод о том, что прогресс цивилизации базируется на прогрессе образования, так как деятельность становится все более информационно емкой, а образование есть процесс усвоения социальной информации, куда входит не только специальное знание, но и вообще овладение социальным опытом.

В постмодернистском понимании человека выражается то, что в понимании человеческой жизни оказалась утраченной ее определенность, т.е. исчезла иллюзия ее внешней, объективной заданности. В диком состоянии человеческая жизнь была задана природой, будучи погруженной в нее; человек был растворен в природе без осознания своего положения. Разумеется, человеческая жизнь и сейчас задана природой, но человек как бы оторвался от нее в своем противопоставлении ей в качестве субъекта волеизъявления и целеполагания, предметно воздействующего на природу в соответствии со своими собственными потребностями. Длительное время жизнь была и для многих до сих пор остается заданной в рамках какой-либо религиозной модели, а с атеистических позиций – абсолютистской моделью общественного прогресса на базе достижений науки и техники. В принципе видение объективно заданной определенности человеческой жизни всегда опирается на абсолютистскую модель, будь то религиозная или прогрессивистская, сциентистско-технократическая. Однако в процессе глобализации эта определенность размывается в той мере, в какой осуществляется переход от многообразия локализованных «определенностей» к открытому миру, в котором стираются различия общностей, размывается образ Вселенского Бога, но главное – разваливается модель абсолютного прогресса. Отсюда отказ от поиска идеальных моделей общества и сосредоточение на индивидуальном существовании. Но здесь открывается «хаос постмодернистской антропологии» – бесконечное многообразие обликов человека, не поддающееся рациональному осмыслению без некоего рационального основания в виде научного объяснения социума. Однако последнее до сих пор в дефиците и частично восполняется с позиций техносоциальной формулы общества, раскрытие содержания которой предполагается в докладе.

В Российской истории можно отметить три модернизации: крещение Руси приобщило ее к цивилизации, Петровские реформы ввели непосредственно в Европу, социалистические преобразования превратили в мировую державу. Вопрос о цене и социальном характере указанных модернизаций оставим в стороне. Они никогда не проводились при общем согласии и терпении, а осуществлялись за чей-то счет и приводили к утверждению одних людей и гибели других. Этой социально-экзистенциальной нагруженности модернизации не избежать, но без модернизации не обойтись, если общность хочет занять одно из лидерских мест в мировом социальном пространстве и вообще просто выжить
Социальный консерватизм и модернизация применительно к современной России вполне совместимы и в своем отношении друг с другом преодолевают историческую оппозицию консерватизма и либерализма в их классическом понимании. Модернизация России должна явиться дополнительным источником ресурсов жизни. Такого в истории России еще не было. Модернизация, если она удастся, будет означать становление нового типа общности, новой России, но остающейся Россией. В этом социальный консерватизм и модернизация не альтернативны.

В настоящее время ресурсы экстенсивного развития России исчерпаны полностью, и перспектив ее сохранения в глобализированном мире на этой основе нет. Однако остался последний, ранее никогда в полной мере не задействованный ресурс – интеллектуальный, являющийся плодом всеобщего образования (среднего школьного, среднего специального и особенно высшего профессионального). Россия лишилась значительной части, а может быть, и большинства научных достижений, которые в том или ином виде перекочевали за рубеж, но сам интеллектуальный потенциал, представленный разными поколениями, остается достаточно мощным.
В принципе перед Россией не стоит жесткая дилемма выбора между сырьевой и какой-то иной, несырьевой, направленностью развития экономики, здесь нет абсолютной альтернативы. Дело в том, что так называемое технологическое развитие имеет в своей основе предельно глубокую переработку того или иного сырья, когда, например, образно выражаясь, в Америке богатство делают из песка, который, как известно, состоит из кремния. Технологически развитые страны имеют возможность обходиться без собственных сырьевых ресурсов, завозить их извне, даже не из колоний насильно, а покупать по высоким ценам, но, создавая из них продукт и продавая его, получать большую выгоду. Следовательно, в абстрактной модели Россия может состояться в качестве великой сырьевой державы в том плане, что ей не надо исходное сырье покупать, и потому, обеспечив такую же глубину его переработки, как у нынешних технологических лидеров, она получит существенное преимущество в конкурентной борьбе за существование.

Рассчитывать на приобретение передовых технологий за рубежом нет оснований, поскольку твердая политика лидеров в этой области известна – предоставлять технологии, “бывшие в употреблении”, а новые не выпускать до появления следующих, за этим зорко следит государство. Россия здесь не станет исключением, разве что в надежде получить некоторые новшества за сверхвысокую цену. Модернизация России XXI века, в случае ее успеха, минимально означала бы ликвидацию системного отставания, а максимально – переход на уровень, позволяющий осуществлять инновационное развитие экономики.

Исследуются содержание и условия модернизации в России XXI века в контексте общих закономерностей мирового материально-технического развития. Рассмотрены возможности и различные модели модернизации как условия отказа от сырьевой ориентации экономики. Формулируется тезис о решающей роли государства как организующего начала перехода к инновационному развитию.

Новое знание, обеспечивающее получение нового источника ресурсов, является фундаментальным. Здесь возникают два обстоятельства. Первое связано с неопределенностью результатов фундаментальных исследований, определить заранее отрасль применения фундаментального знания невозможно. Второе обстоятельство связано со стремлением субъектов социального взаимодействия минимизировать расходы на науку в фазе ее фундаментальности и максимизировать ее частное, отраслевое функционирование в качестве средства производства.
Для прикладных исследований, целью которых является производство научно-технической продукции, как и для всякого производства, необходимы “сырье, исходные материалы” в виде теоретического знания. Его получают в сфере фундаментальных исследований. Но их результаты изначально не могут быть ориентированы на конкретное применение. Следовательно, фундаментальные исследования всегда и везде проблемны в плане коммерциализации их результатов. Тем не менее, наука в целом изначально не только оправдывает расходы на себя, но и приносит прибыль.

Важной особенностью российской истории является то, что перед Россией почти все время стоит мучительная проблема выбора пути развития, которая в очередной раз чрезвычайно обострилась на наших глазах. Россия в очередной раз, как бы, отвергает свое прошлое и настоящее и начинает свой исторический путь заново, стартует с нуля. Вместе с тем в самом факте стоящей перед нами проблемы исторического выбора заключено определенное позитивное содержание – возможность выбора означает нашу свободу, и эту возможность мы обязаны сохранить навсегда, чтобы никто и никогда не решал за нас и не навязывал нам способ жизни.
Запад знает две модели общества – традиционное и современное. Последнее – это общество равных (людей, регионов, партий, религиозных конфессий и т. д.). В России к современному обществу призывают либералы (западники). Централисты (славянофилы) в публичных речах призывают к тому же, но объективно (и справедливо) направляют к сохранению традиционного общества. Здесь России нечего изобретать. Перед ней стоит задача превращения в современную великую державу, экономически независимую, в научно-техническом и технологическом отношении передовую, социально гармоничную, военно-политически влиятельную. Для этого необходимы: деловая и социальная активность большинства населения, направленная на выполнение общественно значимых задач; целевое единство социального действия, преобладающее над внутренней конкуренцией и борьбой на взаимоуничтожение и обеспечивающее тем самым устойчивость существования России, ее целостность, гарантированное выживание в окружающем мире. Так называемое социальное партнерство означает именно целевое единство социального действия, подобное единству пассажиров поезда, состоящему, независимо от класса вагона, в том, чтобы всем вовремя и благополучно доехать до места назначения, которое у каждого пассажира свое.

Существование человека за пределами естественно-природного равновесия рассматривается как человеческий способ существования живого. Показывается избыточность потребления как движущая сила роста производства. Избыточность потребления и непреодолимый дефицит ресурсов жизни представлены как основание социальной конкуренции, борьбы за существование.

Понятие глобализации означает расширение сферы какого-либо явления до масштабов всеобщности человеческой жизни. До недавнего времени проблема ограничивалась глобализацией воздействия человека на окружающую природную среду, имеющего своим следствием ее истощение и загрязнение. Теперь речь идет о глобализации техники, экономики, политики, социальной и духовной сферы, т. е. о глобализации общественной жизни вообще. По всем показателям общество превращается в целостную систему, элементы которой оказываются связанными друг с другом.
Глобализация представляет собой процесс становления единой общемировой системы социального взаимодействия, но не ведет к формированию единой социальной общности людей, не означает возникновения общественной системы, требующей единого управления. Человечество не становится одной общностью землян, но жизнь каждой отдельной общности начинает зависеть от ее взаимодействия с другими общностями. При этом общество всегда остается социально дифференцированным, пронизываемым всеобщим социальным отношением «цель - средство». Лидирующие общности воплощают в себе цель общественного прогресса, остальным уготована функция средства, производственного материала, обеспечивающего существование лидеров.

Наука стала главным и, возможно, единственным источником пополнения ресурсной базы человечества, поскольку только она обусловливает степень богатства природы, отыскивая способы вовлечения в производственный оборот новых природных элементов и переработки их в средство человеческой жизни. В настоящее время полностью подтвердился и реализуется гениальный тезис К. Маркса о превращении науки в непосредственную производительную силу.
На первый план в обладании богатством природы вместо владения территорией выдвинулось владение научными знаниями и разработанными на их основе технологиями. Интеллектуальная собственность в качестве производственного капитала все более теснит собственность на материальные средства производства.

Пособие соответствует государственному образовательному стандарту дисциплины «Философия». Приведены определения основных дидактических единиц курса философии, предусмотренных программой Санкт-Петербургского государственного политехнического университета. Предназначено для студентов первого и второго курсов всех специальностей, изучающих философию; может быть использовано для подготовки к сдаче вступительного экзамена в аспирантуру. Печатается по решению редакционно-издательского совета Санкт-Петербургского государственного политехнического университета.
Печатается по решению редакционно-издательского совета Санкт-Петербургского государственного политехнического университета.

Естественному слиянию, достижению всеобщего коммуникационного единства устанавливает непреодолимое препятствие объективная невозможность всеобщего выживания. Люди никогда не перестанут бороться друг с другом за существование, уничтожать друг друга, а потому никогда не станут близкими и тем более своими. Всеобщего естественного понимания никогда не будет, потому что не может быть достигнуто всеобщее единство смыслов. Технические средства переводного общения, независимо от уровня совершенства, обеспечивают единство формального, предметного, экзистенциально-нейтрального смысла. Представители разных общностей должны в силу объективной необходимости убивать друг друга, но они не теряют при этом душевного равновесия, потому что их жизнь наполнена разными смыслами, и взаимопонимание невозможно. Германский тезис XXI века о провале политики мультикультурализма и вообще проблемы европейской ассимиляции подтверждают это и показывают, что как только социально ориентированный потенциал общества исчерпывается (благотворительные деньги заканчиваются), иллюзия всеобщего понимания быстро развеивается.

Человек живет (существует) в субъективной реальности, определенной модели мира, что является тождественным его определенному пониманию и предполагает встречу субъектов (по М.М. Бахтину), взаимодействие субъективных реальностей, но первичным содержанием этой субъективной реальности, позволяющим говорить именно о понимании человеком мира, является социальная реальность как совокупность отношений между людьми на почве их совместного существования.
Мир сам по себе никакой, он приобретает определенность, т.е. становится “каким-то” лишь в противопоставлении его человеком самому себе, из чего вытекает, что осознание мира, наделение его смыслом тождественно осознанию человеком самого себя, наделению смыслом собственного существования. Однако человек сам по себе тоже никакой, осознание человеком себя происходит лишь на основе осознания другого человека и своего отношения к нему. Следовательно, фундаментальной основой понимания является социальная жизнь как система взаимодействия людей в процессе совместного существования в природе. Таким образом, Книгу Природы пишет и читает сам человек в ходе коллективного творчества, объединяющего в себе нераздельные процессы ее познания и практического преобразования.

В сборнике публикуются материалы, посвященные рассмотрению роли изучения философии в технических вузах, а также проблем научно-методического и организационного обеспечения учебно-воспитательного процесса. В докладах ведущих преподавателей отражены вопросы гуманитаризации технического образования в целом, анализируются связи философии с общенаучными и специальными дисциплинами, показана роль изучения философии в развитии личности будущих специалистов. Сборник представляет интерес не только для профессорско-преподавательского состава технических вузов, но и для студентов и аспирантов.

Обратим тревожное внимание на то, что в проектах стандартов технических дисциплин третьего поколения социально-экономические и гуманитарные дисциплины представлены весьма хаотично, как будто они оказались включенными туда методом случайной выборки порученцами УМО по подведомственным направлениям. В проектах стандартов специальностей не только не обнаруживается системность гуманитарной подготовки технического образования в целом, но отсутствует единство даже у однотипных технических специальностей.
Представляется, что в подходе к данному вопросу явно не хватает централизма.

Предлагаемая для дальнейшего обсуждения тема 10-й Международной на­учно-практической конференции по проблемам формирования профессиональ­ной культуры специалистов в техническом университете остается актуальной в связи с процессом перехода на стандарты специальностей 3-го поколения. На первый план выступает социальный заказ на специалиста с заданным набором профессиональных компетенций. Продолжается движение России в сторону единого образовательного пространства Европы. В процессе организации и проведения конференций на данную тему сфор­мировался относительно устойчивый научный коллектив, включающий пред­ставителей многих регионов Российской Федерации. Основную массу доклад­чиков составляют преподаватели технических университетов, многие из кото­рых являются руководителями вузовских структурных подразделений, что обу­словливает практическую результативность работы конференций.

В постоянно меняющемся ряду лозунговых приоритетов российской жизни сейчас наиболее заметны на первый взгляд кажущиеся альтернативными консерватизм и модернизация. Однако, если учесть, что консерватизм обозначается как социальный, а модернизация, в конечном счете оказывается технологической, то вместе они могут составить целостную идеологию.
Лозунговое обращение к социальному консерватизму как модели социального развития предполагает определенность видения его содержания и назначения, в противном случае он не может быть предметом призыва. По своему содержанию современный российский социальный консерватизм представляет собой идеологию сохранения определенного набора ценностей и норм общественной жизни России советского образца: доступное образование; доступная медицина; доступное жилье; обеспеченная старость; коллективизм при свободном развитии личности, т.е. при отсутствии антагонизма между личным и общественным, но при допущении и готовности к жертвенности личного в пользу общественного (гуманизм и патриотизм); справедливость власти (совпадение справедливости и законности); сочетание свободы и ответственности, порядка, дисциплины; гуманистическое наполнение культуры и др. Примечательно то, что многие из этих призываемых к сохранению норм и ценностей никогда не были реализованы на практике в полной мере, но всегда были целевыми ориентирами в организации российской социальной жизни.

В публикуемых материалах конференции обсуждаются актуальные проблемы развития российского общества в условиях складывания новой конфигурации глобального мира и преодоления разрушительного воздействия мирового экономического кризиса. Рассматриваются различные аспекты формирования инновационной экономики на основе технологической модернизации. Значительное внимание уделено вопросам совершенствования общественной нормативности и борьбе с терроризмом. Конференция посвящается 65-й годовщине победы советского народа в Великой Отечественной войне.

Взаимодействие общностей, рассматриваемых как техносоциальные системы, предметно выражается во встречных потоках ресурсов, заключающих в себе определенную массу жизни. В этом плане потоки неэквивалентны и в своей совокупности применительно к каждой общности показывают ее место в мировой системе взаимодействия – одни получают из него дополнительные ресурсы жизни, другие выполняют функцию доноров, отдают ресурсов больше, чем получают. Лидирующие общности являются социально консолидированными управляемыми системами и характеризуются последовательной самостоятельной политикой по отношению к другим общностям, направленной на получение дополнительных ресурсов жизни в процессе взаимодействия с ними независимо от конкретно-исторических форм самого взаимодействия. Напротив, отстающие общности социально разобщены, расколоты внутренней борьбой за место в системе отношений господства и подчинения, а потому не могут быть отнесены к разряду управляемых систем, функционирующих на основе самостоятельной последовательной политики в их отношении с окружающим миром.

Модернизация означает не прогресс вообще, а ликвидацию отставания, осуществляемую в исторически короткий срок. Это форсированное развитие, рывок по выходу на передовые рубежи материального производства, необходимо требующий резкого увеличения затрат, расходования ресурсов жизни в целом. Поскольку модернизация относится к отстающим общностям, постольку она неизбежно болезненна в той мере, в какой ведет к сокращению социальной базы, т.е. к сокращению массы ресурсов, расходуемых для поддержания жизни. Иначе говоря, модернизация ведет к социальному напряжению и требует больших усилий для удержания устойчивости общества. К модернизации нельзя только призывать общество, ее надо навязать. Более того, модернизация предполагает коренное переустройство всего общества, а не только технологического способа его жизни.