Гуманитаризация: единство идеологичности и научности

Россия традиционно нуждается в гуманитаризации, связываемой не столько с образованием, сколько с воспитанием, наделением людей особой духовностью, готовностью к самоотверженности, чего не может быть на Западе в силу его благополучия, рациональности. У России другая мерка. Кто провозглашает курс на превращение России в одну из среднестатистических стран, тот либо не понимает России, либо враг ей. При этом идея особенности России не вытекает из классовой или религиозной идеологии, она отражает объективные обстоятельства борьбы за выживание, за сохранение целостности. Разумеется, это тоже идеология, органично присущая гуманитаризации, но она не провозглашает мнимого превосходства. Гуманитаризация выполняет определенную идеологическую функцию, ибо право на существование надо уметь доказывать, хотя конечный аргумент всегда силовой.
Таким образом, гуманитаризация не ограничивается обеспечением понимания общественного статуса естествознания и техники, она, в первую очередь, обеспечивает понимание общественного статуса самого человека, его принадлежности к определенной исторической общности и взаимозависимости индивидуальной и общественной жизни. Если, например, предприниматель не видит себя в более широкой общественной системе, в которую вписывается и от которой зависит его жизнедеятельность, и руководствуется только сиюминутной выгодой, он социально безответственен и просто безграмотен, а его существование в целом оказывается бесперспективным. Зрелое общество не позволит антиобщественного способа жизни своих членов, а незрелое общество само лишено перспектив. В настоящее время Россия проходит историческое испытание именно на социальную зрелость.